/ / / Азов, ПО "Донпрессмаш": как убивали завод

Азов, ПО "Донпрессмаш": как убивали завод

Есть прогнозы, исполнение которых совсем не радует. Так произошло с однажды описанной нами ситуацией на азовском заводе «Донпрессмаш». А также — на занявшем малую часть этого бывшего флагмана азовского индустриального комплекса совместном российско-чешском предприятии «МТЕ Ковосвит МАС»... 

              «Интересное начинание, между прочим»

…Многократно расхваленный инвестиционный проект совместного российско-чешского предприятия касался производства металлообрабатывающих станков, предназначенных чуть ли не для всех отраслей промышленности. В том числе и сложнейших станков с числовым программным управлением.

А поскольку станки разработаны были в Чехии на тамошнем предприятии «Ковосвит МАС», то инициировавшая в 2011 году совместный с чехами проект доморощенная группа «МТЕ» уже в 2013 году пообещала через три года довести локализацию – т. е. долю комплектующих, изготавливаемых в России или даже непосредственно на месте, – до небывалых 95 %.

С тем, чтобы выпускаемые в Азове станки могли считаться реально отечественными. К тому времени из планируемых 3,4 млрд рублей в ходе реализации проекта было освоено уже 750 млн.

Предприятие заработало, и вокруг в полный голос заговорили о рождении ядра донского станкостроения. Вот тогда на азовском «Ковосвите» и побывали наши журналисты. И появился на свет материал «Бизнес на разрухе?» («НВ» №178 от 20 мая 2014 г.).

Его автор Елена Слепцова прошлась по территории и заброшенным, если не сказать сильнее, цехам обанкротившегося к тому времени «Донпрессмаша». Заглянула и в отделанный синим сайдингом угол бывшего механического цеха. Под новое производство заняли ровно один его пролет. И увидела то, чего не увидеть было невозможно. Несколько человек (из списочного состава в 193) закручивали болты и гайки:

«Станки произведены в Чехии и доставлены в Азов в виде отдельных узлов. Понятно, что так дешевле: за готовый станок на таможне потребуют такие пошлины, что мало не покажется... Да и что тогда останется делать местным рабочим, если не будет даже сборки? Выяснить, сколько стоят в разобранном виде чешские станки, нам не удалось. Но по логике вещей их цена должна быть ниже той, по которой станки потом продаются предприятиям оборонной промышленности России... Вполне нормальный бизнес: купить подешевле, продать подороже. Только при чем тут производство?»

Историю, рассказанную нашим корреспондентом, предпочли не заметить. Из-за ограды бывшего «Донпрессмаша» доносились бравурные рапорты и пафосные обещания. В мае 2013 года ООО «MTE Koвосвит МАС» объявило о завершении реконструкции производственных площадей и начале полноценной сборки двух моделей станков с перспективой роста объемов до 340 единиц в год. Причем 318 из них планировалось изготавливать в Азове.

Наряду с выпуском универсальных чудо-станков инвесторы брались наладить крупное производство металлоконструкций с годовой проектной мощностью 40 тыс. тонн. Уже и площадку присмотрели под цех – самый большой заводской корпус «Донпрессмаша». (Видели бы вы тот цех сегодня! Но об этом позже...).

К проходной то и дело подкатывали сановные лимузины. Их пассажиров подводили к облицованному веселеньким сайдингом пролету. С гордостью демонстрировали крутящих гайки рабочих и взахлеб рассказывали о лучезарном будущем донского станкостроения. А для контраста показывали на заброшенные смежные пролеты мехцеха. Мол, видите, что сотворили с производством прежние неэффективные собственники…


Начальство послушно переводило взгляд с одного пролета на другой и верило обещаниям. ООО «МТЕ Ковосвит МАС» внесли в перечень системообразующих предприятий области. Его продукция была отмечена знаком «Сделано на Дону». Скорее авансом – ведь на поток производство поставлено так и не было.

                     «О, сколько нам открытий чудных…»

Так бы и продолжалось вокруг «Ковосвита» безудержное ликование, не привлеки весь этот шум внимания «компетентных органов». Заинтересовавшись в числе прочего и статьями в «Нашем времени», стражи правопорядка с головой погрузились в тему. И в процессе погружения их ждали весьма красноречивые находки.

Достаточно было просто сравнить ситуацию на производственной площадке «Донпрессмаша» в 2010 году, то есть до прихода сюда структур группы «МТЕ», с тем, что образовалось тут через каких-то четыре года и теперь продолжало усугубляться. И тогда обнаруживалось, что многие миллионы вложений были-таки «молодыми и рьяными» московскими и местными инвесторами освоены. Вот только как?

Изначально «Донпрессмаш», где трудилось не менее 800 человек, представлял собой комплекс предприятий, образующих замкнутую систему разработки, производства и реализации высококачественного оборудования для переработки листового металла, металлолома, обработки сортового проката, выпуска прессов, оборудования для агропрома и собственной металлургической продукции.

Перечень производившейся по уникальным технологиям продукции можно найти в формуляре предприятия. Там перечислены и структурные единицы объединения, чьи производственные корпуса занимали площадь под 60 тыс. кв. метров: завод по выпуску кузнечно-прессового оборудования (КПО), кузнечно-литейный и первый механический заводы, а также совместное российско-немецкое предприятие «Донпрессмаш» (SP Donpressmash) – единственное в стране, предлагавшее линейку высокоточных листогибочных гидравлических прессов с ЧПУ.

Сохранись все эти заводы, они смогли бы реально обеспечить те самые небывалые 95 % локализации станкостроительного производства, обещанные в реляциях группы «МТЕ».

Всем этим располагал «Донпрессмаш», и всё это отсутствовало теперь на «Ковосвите». Однако куда же подевались производственные фонды?

Начать следует с того, что в конце 2010 года под предлогом оказания финансовой поддержки ООО «Кузлит», возникшему на базе не выдержавших кризиса 2008 года завода КПО и кузнечно-литейного производства, на их площадки зашло зарегистрированное руководителем группы «МТЕ» Денисом Волковым ООО «МТЕ-Донпрессмаш». Общество, которое возглавил молодой партнер Волкова по бизнесу Даниил Воеков, чудесным образом завладело сразу всеми производственными активами «Кузлита». И не только ими. В распоряжении «МТЕ-ДПМ» оказались и объекты недвижимости старого «Донпрессмаша», тогда еще из последних сил пытавшегося восстановить свое пошатнувшееся финансовое положение.

Но этого сделать ему не дали – навесили новые долги.

Метод, надо сказать, классический, отработанный в России еще в недоброй памяти 90-е годы. Достаточно было всего лишь не провести вовремя платежи «Донпрессмаша» за аренду и электроэнергию, а затем путем несложных финансовых манипуляций приписать предприятию еще и долги «МТЕ-ДПМ» по банковскому кредиту.

Таким образом, суммарная задолженность за потребленное электричество и аренду из первоначальных двух миллионов, которые «Донпрессмаш» добросовестно уплатил, подскочила до десяти. И превратилась в непосильное бремя.

Что и послужило основанием сначала для остановки производства и недопуска рабочих на завод по выпуску КПО, а потом – и для инициирования процедуры банкротства. Ведь для введения первой его стадии – наблюдения – достаточно долга уже в 300 тыс. рублей и просрочки всего лишь в три месяца. А если у должника нет средств, то кредитор вправе требовать продажи его имущества с торгов.

                     «Мала куча – крыши нет»

И то были еще невинные игры по сравнению с дальнейшими развернувшимися вокруг «Донпрессмаша» событиями. Сначала шла безудержная распродажа на металлолом оборудования, переданного «Донпрессмаш-Энерго» – дочерней структурой прежнего «Донпрессмаша» – на ответственное хранение в ООО «МТЕ-ДПМ». А вместе с «железом» – и добрых двух десятков производственных объектов. Громадные станки, которые не удавалось разобрать на детали, разбивали на месте. Ломали и стены цехов – если выяснялось, что иным путем оборудование вытащить не удается.

Эти проломы и сейчас зияют в толстенных стенах пустующих заводских корпусов. Бывший технический директор (по-старому главный инженер) Андрей Мулин, стоя в разгромленном цехе металлоконструкций, с горечью вспоминает те дни:

– Даже «фонари» (таким техническим термином обозначают остекление крыши цеха для обеспечения естественного освещения. – В.К.) зачем-то повыламывали…

Может, для того, чтобы ускорить разрушение несущих конструкций выстроенных на века заводских корпусов? Чтобы потом с чистой совестью можно было бы объявить их ветхими и снести, построив на высвободившейся площадке что-нибудь этакое, что принесло бы немедленный доход? Не в этом ли суть пресловутого эффективного менеджмента, которым сегодня принято у нас клясться и божиться?

Кстати, такое понятие, как совесть, в его кодекс не входит, поскольку не может быть выражено в твердой валюте.

Ох, неслучайно, видно, еще один бывший руководитель азовского завода Георгий Самодуров, занимающий сейчас немалый пост в Москве, в беседе с корреспондентом «Нашего времени» в сердцах назвал действия новых собственников предприятия «угрозой национальной безопасности».

Точное определение, если учесть, что в свое время азовский «ДПМ» входил в систему оборонных заводов, где значился под номером 42. По воспоминаниям еще советского министра станкостроительной и инструментальной промышленности Николая Паничева, без продукции 42-го завода не обходился ни один «почтовый ящик»:

– Кузнечно-прессовое оборудование, которое здесь выпускали, – это база для большинства технологических цепочек. По ряду направлений зарубежные аналоги и сегодня не дотягивают до того уровня…

Эти слова в ходе следствия не раз напоминали ставшему фигурантом сразу двух уголовных дел Д. Воекову. Сначала ему инкриминировались мошенничество и незаконное предпринимательство. Основой для обвинения послужил как раз факт разбазаривания переданного его предприятию на хранение имущества бывшего «Донпрессмаша».

В частности, станков, стоимость которых превышала 20 млн. рублей. Обнаружив однажды их исчезновение, учредитель предприятия обратился в правоохранительные органы. Следователи донского полицейского главка сумели выяснить судьбу исчезнувшего оборудования: в массе своей станки были проданы разным бизнес-структурам – в основном на запчасти, а то и как лом. И это при их многомиллионной рыночной стоимости…

Любопытно, что уже в ходе следствия в отношении директора ООО «МТЕ-ДПМ» пришлось возбуждать еще одно уголовное дело – по факту попытки дать взятку следователю полицейского главка. Предложил ему Воеков через адвоката четыре миллиона рублей за прекращение дела о мошенничестве. Адвокат был взят с поличным в момент передачи денег и покрывать клиента не стал.

Уже оказался по судом Д. Воеков, уже получил условный срок за злоупотребление полномочиями Н. Мизинов – бывший директор «Кузлита», ставший впоследствии одним из руководителей «МТЕ-ДПМ». Уже давно выставили на улицу полторы сотни рабочих канувшего в небытие завода КПО. Уже стали сгущаться тучи и над «Ковосвитом», и над вдохновителем и организатором всего проекта Д. Волковым.

А в группе «МТЕ» продолжали зачарованно твердить о прекрасном станкостроительном будущем донского края под знаменами ковосвитовского кластера.

Идущие суды объявлялись сплошь заказными. Проданные на металлолом станки именовались не иначе как «куча заржавленного хлама». А людей, оказавшихся без работы в результате вольных производственных упражнений «эффективных менеджеров», обещали взять на современное российско-чешское предприятие. Но – при наличии квалификации…

Рапортовали о локализации, намекали на полный портфель заказов от таких гигантов «оборонки», как «Алмаз-Антей», «Вертолеты России», «Уралвагонзавод». К 2017 году объемы производства кластера, по утверждению директора «Ковосвита» Бориса Филатова, планировалось увеличить в семь раз. И вообще:

«Группа «МТЕ» – позитивная компания, которая хочет сохранить и развивать тот бизнес, который исторически сложился на производственной площадке, но на новом технологическом уровне, правильной экономической и правовой основе»…

                       «Нет повести печальнее...»

Беседуя с прежними руководителями «Донпрессмаша», идем по его территории. Минуем чудом сохранившуюся посреди запустения аллею из густых елей, стенд с выцветшими портретами заводчан-фронтовиков. По засыпанной снегом центральной дороге проходим мимо коробок административных зданий – без дверей, с пустыми глазницами оконных проемов…

В самом крупном на «Донпрессмаше» цехе металлоконструкций – том, на чьей базе собиралась развернуть производство группа «МТЕ», – хоть военные фильмы снимай – кадры яростных боев выйдут очень жизненными. Проломленные, как от прямого попадания крупнокалиберного снаряда, закопченные стены, покореженные крановые балки, зияющие, словно после бомбежки, дыры в кровле... В мертвой тишине со скрипом раскачивается на сквозняке крюк мостового крана...

Другой крупный цех – механический – выглядит чуть получше. Наверное, потому, что не удалось вывезти мощные станины гигантских прессов, и их сохранившиеся ровные ряды напоминают о былых масштабах производства.

Но ведь укатала наша новая реальность даже такую махину! А там и с «Ковосвитом» справилась. Ворота «центра донского станкостроения» сегодня на замке. Производство остановлено, люди без зарплаты. Долг в несколько десятков миллионов рублей, конечно, не столь потрясает, как, скажем, на порядок большая сумма задолженности работникам на пресловутом «Кингкоуле».

Но если вдуматься, то и в Гуково, и в Азове печальные истории градообразующих предприятий писаны одним пером.

Даже этапы разрушения производства совпадают. Сначала – обещание рая на земле, затем разгром производственных активов. Разве что на «Кингкоуле» ценнейшее оборудование затопили вместе с шахтами, а на «ДПМ» – отправили на металлолом. И наконец – остановка производства, долги по зарплате, банкротство... Здесь можно вспомнить и ростовский «Электроаппарат», превращенный в сеть мастерских по вулканизации, и «Горизонт», на месте которого ныне шумит торжище. И исчезнувший с лица земли «Прибор»... И много чего еще, что продолжает разрушаться под речи о важности импортозамещения – в экономике, в промышленности, в ОПК.

                       Санкции домашнего розлива


Когда дописывал этот материал, познакомился с любопытным документом под длинным названием «Заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «Ковосвит». На 14 листах, снабженных массой таблиц и графиков, автор – временный управляющий ООО «Ковосвит» Дмитрий Анохин, подводит итоги процедуры наблюдения с апреля 2017 года по нынешний январь.

И приходит к выводу: признаки преднамеренного банкротства «Ковосвита» налицо, «поскольку руководителем должника совершались сделки или действия, не соответствующие существовавшим на момент их совершения рыночным условиям и обычаям делового оборота, которые стали причиной увеличения неплатежеспособности должника».

Иными словами, о создании станкостроительного кластера никто из авторов азовской «плодотворной дебютной идеи» и не помышлял. И уж точно не заботило их состояние партнера по СП. А между тем чешское предприятие «Ковосвит МАС» оказалось сегодня тоже в весьма сложном финансовом положении. И как сообщила не так давно пражская газета «Господарске Новини» («Экономические новости»), причиной послужила как раз неудача русского проекта станкостроительной фирмы:

«Главную роль сыграли строительство нового завода в России и плохой выбор делового партнера, россиянина Дениса Волкова. Владелец «Ковосвита» Комарек принял решение о строительстве совместно с Волковым за 1,5 млрд крон завода в России. Финансирование для инвестиций предоставили и русские банки. Комарек в совместное предприятие верил настолько, что даже не обеспечил его страховку. И только после вложения сотен миллионов крон «Ковосвит» обнаружил, что большая часть денег куда-то пропала. Согласно информации от людей, близких к руководству «Ковосвита», якобы деньги пропали в компаниях, связанных с Волковым. Несмотря на большие инвестиции в завод, на сегодня он все еще не достроен».

Нужно ли теперь объяснять, почему зарубежные инвесторы с такой опаской идут на сотрудничество с российскими «эффективными менеджерами»? Хотя у нас всё еще склонны списывать собственные экономические неудачи исключительно на западные санкции.

Однако факт, что именно поведение ловких отечественных квазибизнесменов обусловило трудности чешской стороны и остановку ею азовского проекта. Как заметил донской губернатор Василий Голубев, отвечая на вопрос «Нашего времени», «это проблема не одной Ростовской области». В данном случае сама сложившаяся у нас система обкладывает нашу жизнь сверху донизу санкциями посильнее всех западных вместе взятых.

Закрыть же путь лихоимству доморощенных «продавцов воздуха» можно только одним путем: предельно ужесточив экспертизу предлагаемых области инвестпроектов и поставив во главу угла качество экспертной оценки, объективность и беспристрастность работы экспертов. Ну, и, разумеется, перестать впредь приводить бойких дельцов за ручку в область.

А «Донпрессмаш» возродить, говорят, еще можно. Во всяком случае все производственники, с кем довелось беседовать, не видят в том ничего несбыточного. Да и инвестор, по имеющимся у нас данным, к предприятию присматривается. И даже приблизительная стоимость восстановления порушенного вроде как названа. Цена вопроса составит где-то пару миллиардов.

Но суммой в данном случае сложность задачи не измерить. Подождем проекта. Дело за ним. И, конечно, за предельно осторожным и взыскательным к нему отношением.
Видеорепортаж Владимира Апарина

Источник: http://www.nvgazeta.ru/news/12373/528992/
Добавить комментарий
    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
  • Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив